facebook

Час пик. Кругом снуют машины, пешеходы так и норовят попасть под колеса. Глаз да глаз нужен! Анастасия, как обычно, одной и той же дорогой возвращалась с работы домой, внимательно следя за движением.

— Фу ты, черт! – невольно выругалась она, выруливая машину вправо.

Белая девятка пронеслась мимо, едва не зацепив бок ее старенького жигуленка. Видавшее виды авто, доставшееся ей от отца, слегка поскрипывало. «Пора бы новое купить», — вздохнула женщина, тормозя на красный свет. О чем она только не думала в пути. Порой ей хотелось поменять не только машину, но и всю свою рутинную жизнь. Если честно, она устала, смертельно устала. В свои тридцать восемь Настя ощущала себя старухой. Быть в этой жизни и мужчиной, и женщиной сложно, практически невозможно. Что ни говори, против природы не пойдешь. Коль родилась женщиной, мужскую сноровку и силу трудно приобрести, но Настя старалась быть сильной. «Ну и что, что одна, сама со всем справлюсь. Никто не нужен мне больше, с мамой проживу, вместе поднимем детишек», — так рассуждала она. Обжегшись на молоке, дуют на воду. И с некоторых пор Анастасия относилась к мужчинам скептически. О любви не думала. Да и кто не нее, такую замученную, обратит внимание?

В последнее время Настя стала замечать, что перестала быть истинной женщиной. Ее уже мало интересовали наряды, макияж делала наспех. Некогда. «Да на тебя уже страшно смотреть: кожа да кости остались. Присядь, отдохни, сходи куда-нибудь, развейся хоть немного», — говорила мама. Она очень жалела дочь, видела, как Настя мучается, старается побольше сделать, чтобы дочки не чувствовали себя чем-либо обделенными. «Да некогда, мне, мамуль, дел по горло, не до гостей», — лишь отмахивалась Анастасия.

Она была загружена работой, которая отнимала много сил, заботой о детях, и прошлая жизнь оставалась там, за поворотом, но память все же изредка возвращала ее туда. В то время, когда Настя хоть недолго, но была счастлива. Ведь любила она мужа, крепко любила. Готова была на край света за ним бежать, иначе не стала бы столько лет терпеть его выходки. В первые годы замужества все у них было хорошо: любовь, цветы, глаза, полные нежности. Но постепенно быт превратил отношения в привычку, притупив остроту былых чувств. Николай перестал интересоваться семейными делами. К нему все чаще стали приходить новые приятели, с которыми он мог уйти на сутки-двое. К примеру, на Новый год он отправился покупать елку и вернулся только третьего числа, без подарков и объяснений. Это уже считалось нормой. Потом начались необъяснимо длинные командировки. Приедет раз в месяц на три дня – и снова в дорогу. Работа, понимаешь, у него такая. Да, Настя не дура, знала, что это за работа, но ради девчонок терпела. Какой-никакой отец. Хоть припугнуть им можно. «Вот приедет папка, он вам задаст». Ну, прямо пугало огородное! Целых пять лет продолжалась эта история. Не поймешь, то ли мать-одиночка она, то ли мужняя жена. Но однажды лопнуло терпенье Анастасии: «Или в семью возвращайся, или больше не приезжай. Душу не трави!» Благоверный тогда лишь облегченно вздохнул, и гордиев узел был разрублен раз и навсегда. Они тихонько развелись и больше Настя Николая не видела. Кроме алиментов ничем о себе он не напоминал.

И все же Настя была благодарна судьб, за то, что она подарила ей чудесных деток, которые, как цветочки украшали ее обыденность. Настя встряхнула головой, отгоняя навязчивые воспоминания. Что было, то было. Трель сотового телефона отвлекла ее от раздумий. Звонила подруга.

— Настюха, ты где? Мы тебя заждались. Ну ты что? Забыла, какой сегодня день?! – голос Ирины звучал укоризненно и требовательно.
— Да нет, помню…
«Боже, сегодня же шестое число, день рождения подруги. Как я могла забыть?
— Уже еду.

Анастасия остановилась около торгового центра, купила цветы и подарок. В этой летней суматохе она совсем стала забывать друзей. Раньше за ней такого не водилось. Или жара так действует? Анастасия взглянула в зеркальце, поправила растрепавшиеся волосы. «Да, я сегодня и не в форме. Ну да ладно. Для кого красоваться?»

— А вот и Настя! – громко объявила хозяйка. – Наконец-то добралась. Садись вот сюда. Ты тут всех знаешь, только с Машей и Пашей не знакома.

Симпатичная пара, по всей видимости, супружеская, дружелюбно улыбнулась на ее приветствие. Опоздавшей, как положено, налили штрафную. Выпили за именинницу. Завязалась беседа, и общительная от природы Настя не отказала себе в удовольствии узнать поближе новых знакомых. Она чувствовала себя, как рыба в воде даже в малознакомой компании, ведь на работе ей постоянно приходилось общаться. Профессиональные навыки требовали умения договариваться, вести беседы, нравиться незнакомым людям. Но сейчас Настя отдыхала: никакой цели не было. Можно вволю пошутить, побалагурить. Несколько удачных каламбуров – и веселье за столом обеспечено. Давно ей не было так хорошо…

Постепенно гости стали расходиться, и Настя почему-то приуныла. Но вот откуда-то появилась запылившаяся гитара. К ней потянулся Павел, и Настя заметила, как глаза ее нового знакомого загорелись. Он взял несколько аккордов. В его руках этот давно никому не нужный инструмент ожил. Приятный голос Павла подействовал на Настю успокаивающе и даже завораживающе. Как будто она запуталась в чем-то теплом и нежном: голос мужчины притягивал, а во взгляде чувствовалась непонятная тоска.

— Да хватить тебе бренчать!
Жена Павла насмешливо поглядела на супруга.
— Кому это надо?

И, махнув на него рукой, удалилась в другую комнату. А Павел, заметив, с каким интересом слушает его Настя, продолжил игру. Он уже привык, что Марию давно не волновали его душевные порывы. За десять лет супружества ей надоело все: и бесконечное бренчание мужа, и извечный денежный вопрос. Но она знала, что спокойный и домашний Павел всегда будет рядом с ней и сыном. И никакая соперница не в силах заменить ее, Марию. Поэтому, беспечно оставив мужа наедине с другой женщиной, она спокойно ушла рассматривать семейные фотографии хозяев.

Анастасия и Павел и не заметили, как остались одни. Сначала Настя слушала незатейливую игру нового знакомого, потом они о чем-то говорили. Она уже сейчас и не помнит, о чем именно. Так, обо всем. Порой ей хотелось вернуться к другим гостям. Но наблюдая, как при разговоре серые глаза Павла приобретали голубой оттенок, медлила. Она его слушала, стараясь не перебивать. А он говорил, говорил, словно всю жизнь молчал и вот только сейчас обрел дар речи. Было уже глубоко за полночь, когда последние гости стали расходиться. Настя, оставив свою машину на стоянке, вызвала такси. Голова слегка гудела от выпитого, от разговора с чужим мужем, но на душе почему-то было легко.

Шли дни, пролетали недели. Настя уже стала забывать об именинах, о Павле. Впрочем, она о нем особо и не думала. Пока однажды по иронии судьбы они не столкнулись друг с другом. Накрапывал теплый летний дождь. Рабочая неделя близилась к концу. Настя неторопливо шла домой через любимый парк. Хотя в ее сумочке и лежал зонтик, она его не раскрывала. Зачем? Она любила дождь. Любила часами бродить по мокрым улицам, когда прохожие, с удивлением и опаской поглядывая на нее, торопились в сухое укрытие. Она любила дождь за ту силу, за то очищение, которое он приносил с собой. Мокрые капли стекали по ее рыжеватой челке, но в те минуты она не чувствовала никакого дискомфорта, наоборот, была чрезвычайно счастлива. Настя шла и думала о чем-то своем. Внезапно она чуть не столкнулась с каким-то мужчиной. Он тоже шел без зонта, опустив голову.

— Настя, это вы?
Она сразу узнала его – это был Павел. Он смотрел на Настю и улыбался. Мокрый, словно взъерошенный воробей, он был похож на мальчишку. «Давайте я вас провожу», — неожиданно предложил Павел.

— Но вы же, наверное, куда-то спешили?
— Да нет, никуда.

Павел проводил Настю до дома, и опять они долго разговаривали. А потом Настя весь вечер думала о Павле. В нем было что-то доверительное, искреннее. И еще ей показалось, что Павел, несмотря на то, что был женат, одинок. Она видела это по его глазам. Она еще много чего видела. Но стоп! Павел – чужой муж, и ей о нем думать не следует. Ей и так хватало забот и хлопот: нужно было детей куда-нибудь на отдых пристроить, да и жигуленок пылился в гараже, дожидаясь ремонта.

А наутро Настя опять увидела Павла. Он стоял у подъезда ее дома и предложил проводить до работы. На другой день все повторилось. Павел караулил, когда Настя выйдет из дома, и вместе с ней шел до ее офиса. За это время Настя уже привыкла видеть около своего подъезда Павла. А однажды он не пришел. Целый месяц Настя ждала его, переживала, не случилось ли что. Павел появился также внезапно, как и исчез. И обрушил на нее такое!

— Настя, я не могу жить без тебя! Ничего не говори и не смотри на меня так. Я долго мучился, пока решил прийти к тебе. Нет, я вовсе не спятил. Я люблю тебя, Настя! Разреши мне только видеть тебя, находиться рядом. Больше мне от тебя ничего не надо…

Настя слушала поток, как ей казалось, бредовых слов и не знала, что делать. Павел ей нравился, но он был женат, и разрушать чужие семьи – это не в ее правилах. Она на себе испытала сполна, каково быть одной, и не хотела причинять боль его жене. Между тем Павел проявлял настойчивость. Он приходил к ней домой, приносил гостинцы ее детям. Даже с Настиной матерью подружился. Предлагал свои услуги: то кран починить, то стол подремонтировать, а вскоре стал в этой семье просто необходимым. Хозяйственный и заботливый Павел понравился и Настиной матери, а дочки его просто обожали.

А однажды Павел пришел и сказал: «Я развелся, теперь свободен и хочу жить с тобой, стать отцом твоим детям. Что хочешь делай, но я тебя не брошу». В душе Анастасии долго боролись совесть и любовь, но Павел сумел развеять ее сомнения. Он нежно обнимал Настю и шептал слова любви: «Мне ничего в этой жизни не надо. Хочу только, чтобы ты всегда была рядом со мной, родная. Хочу засыпать с тобой и видеть тебя, просыпаясь». Ну какая женщина устоит против такого? Настя поверила в чувства Павла, и они расписались, А вскоре решили, что для создания полноценной семьи надо строить свое гнездышко. Уехали в живописное тихое село, купили небольшой, но уютный домик. В общем, зажили дружно и счастливо.

…Всю ночь шел дождь. Его тяжелые капли глухо стучали по стеклам окон, заливали клумбы с только что расцветшими георгинами. Анастасия проснулась от его шума. Стараясь не разбудить супруга, встала, подошла к окну и распахнула его. Свежий ветер ворвался в теплый полусонный дом. Вдохнув пьянящий аромат промытой ливнем зелени, Анастасия счастливо улыбнулась. Нежно посмотрела на спящего мужа. Муж! Какое короткое и емкое слово «муж». Сейчас она произносит его с гордостью и нежностью. Своей любовью Павел в сотый раз дал ей почувствовать значимость этого слова. Вот так, нежданно-негаданно чужой муж стал для Насти родным. И еще она сделала для себя одно важное открытие: ей уже не надо было быть сильной. Оставаться женщиной и верной женой – вот ее истинное призвание. Печь пироги, блинчики, лепить всей семьей вареники, заниматься детьми и боготворить мужа. Насте казалась, что так было всю жизнь: она, Павел и дети, называющие его папой. Память стерла прежнюю жизнь, как будто ее и не было.

Павел и Анастасия не жалеют, что уехали из города, везде люди живут, работают, растят своих детей. Павел устроился в лесхоз водителем, и для Насти нашлась работа в местной библиотеке. Сейчас они не спеша строят свою жизнь вдали от всех, кто знал и мог осудить их. Но любовь не судят. Она всепоглощающа. И либо она есть, либо ее нет. Героям этой истории повезло: они нашли друг друга и вот уже десять лет счастливы вместе. Незаметно выросли дочурки, подрастал всеобщий любимец – сын Ванюшка. Зачастую летними вечерами Павел и Анастасия, как и прежде, устраиваются на крылечке своего дома. В небе зажигаются звезды, и тихий голос гитары говорит о любви…

Двое